Мне 14 лет. Передо мной набор марок, выпущенный к 100-летию Петрова-Водкина. Прикольные марки с шикарными купонами — очень красиво. Но запомнилось, что что-то я в этих маленьких репродукциях значительное увидел, что не объяснишь словами, что что-то виднеется там «между строк».
Уже студентом я прочитал про увлечение Петрова-Водкина космизмом, про планету, с огромной скоростью несущуюся в ледяной пустоте. Про его идею сферической наклонной перспективы, подчёркивающей это движение. И я записал себя в его поклонники :-).
Самой значительной работой мне видится «Смерть комиссара» 1928 года.
Из умирающего командира — уходит душа, холодеют руки, бойцы куда-то бегут, где-то в воздухе видны дымы от снарядных разрывов, но — тут звучат не пушки, а тишина, винтовка повисла в воздухе, автор смотрит на остановившееся и бесконечно длящееся мгновение, видя улетающие волжские берега, посёлки, бой — как из иллюминатора самолёта. Это не про революцию, большевиков, комиссаров. Это про несущуюся в бесконечности жизнь, в которой нет времени.
Если посмотреть на символизм Петрова-Водкина — «Купание красного коня» итп и сравнить с его камерными натюрмортами, сюжетными работами — то это как две отдельные истории. В символистских работах нет никаких подробностей, всё минималистично, а натюрморты и особенно «Новоселье (Рабочий Петроград)» как бы пересчитывает вкусные детали, любуется ими, рисует характеры людей, вещей. «Смерть комиссара» очень многопланова, вобрав в себя максимальный символизм, при этом осталась живой, её интересно разглядывать в деталях, персонажи не «картонные» символы — а живые люди, предметы, природа.
На художественно-графическом факультете пединститута — я выбрал тему диплома — что-то вроде использования сферической перспективы в городском пейзаже, что-то там ещё и про педагогику. Написал большой горизонтальный пейзаж (прибл. 150 х 60 см.) со сретенским переулком, который заваливается, летит и куда-то улетает, а первый план сделан в обратной перспективе. Кажется Большой Головин переулок, где была известная пивная :-).
И вот во главе дипломной комисси оказалась почтенная заведующая кафедрой начертательной геометрии — и её эти идеи (многое я взял ещё из книги академика Б.В. Раушенбаха «Системы перспективы в изобразительном искусстве») — возмутили до глубины её геометрической души. Спасибо нашим педагогам — А. М. Лаврову, А.А. Унковскому, А.В. Свешникову, А.В. Триселёву — они меня отстояли.
Наши педагоги
